В Воронеже начинает издаваться газета «Родное Черноземье». На ее страницах будут публиковаться материалы, раскрывающие суть российской жизни не через политику, а знакомить с теми духовными основами, которые остались, с той культурой, которая нетленна во времени, с жизнью провинции, которая кормит нас хлебом. Редакция объединила талантливых людей - Игоря Козочкина, Андеря Марченко, Эдуарда Ефремова.

Представляем одну из публикаций номера - жизнь и деятельность районных руководителей, ведущих хозяйств, лучших фермеров рассматривается в свете православного взаимоотношения с окружающим миром, нашего стремления быть ближе к святости, определявшей некогда суть государства Российского.  

Вышли мы все из народа – как нам вернуться в него? Очень многим властвующим, имеющим капитал хочется вернуться в тот народ, который бы устраивал его по всем параметрам – и «чужих денег не считал», и в руководстве души не чаял, и с одинаковым рвением пахал и пахал бы во имя построения хоть коммунизма, хоть капитализма. Но народ вечно что-то недопонимает, поэтому вдруг ни с того ни с сего становится то толпой, а то и быдлом радетели в сердцах назовут. Народ надо выводить к свету, на верную дорогу, и от его имени, ради его благополучия, процветания вершатся революции, перестройки, реформы, модернизации. Иногда могут и потешить этот самый электорат, даже спросить его мнение о том, каким должно быть государство, куда идти дальше и чего будем строить? Как всегда, опросы общественного мнения и референдумы подтверждают несовпадение мозговых извилин и их действия у народа с мозгом, совестью и честью тех, кто сначала «спасал» СССР, а теперь с тем же успехом продолжает «спасать» Россию. Народ во все времена был тогда народом, когда объединялся общей идеей, единым пониманием смысла жизни. Все были едины в духе. Вот дух-то и выбивался то выстраиванием единой линией главенствующей партии и народа, то многопартийным разнообразием. Разделяй и властвуй! Не придут ли нынешние переустроители к тому, что и властвовать-то будет некем. Растворимся в чужих идеях, партиях, движениях, сектах, направлениях, служениях разным коммерческим структурам…

Но подобное не случится потому, что земное бытие, управляемое неведомыми нами законами во имя спасения самой жизни и народа, а не электората, открывает той части власти, которая ближе к земле, истину, азбуку служения людям, государству.

«За нас кто-то молится…»

Василий Николаевич Шевцов, глава Бутурлиновской районной администрации, рекомендовал побывать в Великоархангельском, селе, где хозяйство возглавляет Василий Ефимович Романцов:

- Для меня он является жизненным эталоном, своеобразным индикатором – абсолютная честность во всём. Не скроет реальную урожайность, до копеечки рассчитается по всем налогам, ни на день не задержит зарплату людям. Зарплата у его крестьян, кстати, одна из самых высоких в районе. Даже малую личную свободную копейку вкладывает в строительство храма. Пытаюсь других руководителей настроить жить, работать так, как живёт и работает Романцов.

…Лет десять назад один молодой человек из областного руководства «приобрёл» в нескольких районах двенадцать бывших колхозов. Попало в эту обойму и хозяйство Великоархангельского. Первым делом «новый хозяин» дорезал оставшихся коров и прочую живность. Затем распродал и сдал в металлолом оборудование молочно-товарных ферм, «лишнюю» технику. Попытался всё засеять прибыльным ячменём, а что не засеял, заполонил бурьян. Выгоду свою он получил сполна. В селе «руководитель» не появлялся. Люди брошены на произвол судьбы. Через посредников узнали, что новому «хозяину» их « экономически невыгодно содержать» - это вам не при расточительной советской власти, не научившей каждого из вас выживать в одиночку.

Люди пытались найти помощь у местной власти, но та разводила руками: мол, новые порядки – всё происходит в рамках действующего законодательства. Учитесь, словом, жить по новому. Жить по-волчьи здесь не умели. Осталось только каждому волком выть.
Есть давняя притча… Напала стая волков в селе на стадо овец – почти всё поголовье порезали. Люди в страхе позакрывались в своих домах.
Лежит сытая волчья стая в лесу, отдыхает, переваривает изобилие пищи. Но молодые волки вдруг митинговать стали – давай вернёмся в село и дорежем остальных овец! Старые волки посоветовали успокоиться и довольствоваться тем, что получили. Молодняк, обвинив их в трусости и лени, рванул в село, в которое ими только что с превеликим успехом был вселены страх и покорность. Не прошло и десяти минут, как они в паники примчались в лес – все избитые, шерсть клочьями! Не могут прийти в себя и понять, что же с ними случилось? Откуда появилась в селе такая дерзость на «бесполезное» сопротивление?
Самый старый волк, ковыряясь когтями в зубах, мудро изрёк: «Когда мы в первый раз напали на село, то там все были общим стадом, но когда вы вернулись туда во второй раз, вас встретила крепкая команда».

…Односельчане обратились к Василию Ефимовичу Романцову, который в хозяйстве начинал мальчишкой работать водовозом, потом – механизатором, бригадиром и дошёл до парторга, главного инженера… Он - куда мне, пенсионеру… Но люди знали к кому пришли. Не поговорка это, а закон, проверенный жизнью – не стоит село без праведника. Вот таким олицетворением совестливости, порядочности и сострадания к ближнему бывшие колхозники и видели Романцова.

Решил Василий Ефимович встретиться с молодым представителем областной власти – нашёл какие-то зацепки в противозаконности его действий по отношению к великоархангельцам. Встретился, понимая, что новые законы всё-таки на стороне молодого грабителя. Предупредил, что всё-таки подаст на него в суд, на котором хотя бы принародно выскажет ему о том, что потерял тот всяческую совесть, забыл Бога… Никчемный разговор с тем, который Бога-то не то что забыл – он Его и не знал.

На следующий день к дому Романцова подкатил молодой человек на иномарке, попросил его не позорить, судебную тяжбу не заводить, а безо всякого скандала забрать хозяйство. И оказался бывший парторг и инженер даже не у разбитого корыта. Разбитое корыто личное имущество, его и выбросить не жалко. А тут более четырёх тысяч неухоженных гектаров: примеряй хомут и тяни все оставшиеся годы – надежды людей обманывать нельзя.

…Рядом с конторой стоит купленный в этом году зарубежный комбайн, на котором можно в белой рубашке при галстуке работать – замечательная машина ценою в 4 миллиона рублей! В прошлом году средняя зарплата в ООО «Хлебороб» была около 10 тысяч рублей. В этом – почти 12. Зарплата директора общества всегда постоянна – 14 тысяч рублей. По уставу ему, как руководителю, полагается солидные начисления, премии, но всё то, что сверх зарплаты, переводит на строительство церкви, на нужды школы. Примеру Романцова следует ряд специалистов хозяйства, многие жители села. В итоге – деньги не малые. На Введенский храм ушло уже около 14 миллионов рублей. Он вырос рядом со школой. На фундаменте былого храма, окончательно, как считал тогдашний партиец-председатель колхоза, стёртого с лица земли в начале 60-х прошлого столетия…

В Великоархангельском мы были 4 декабря. Как раз в храмовый праздник села – Введение во храм Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии. В церкви – не протолкнуться! После службы отец Анатолий раздал всем освящённые пирожки, которые, наверное, на всех прихожан и учащихся школы принёс Василий Ефимович. Вот, он беспокоится, отдал ли батюшка корзину с пирожками в школу? Откладывает пирожки в полиэтиленовые пакет, поясняя:

- Это я своим друзьям из районной газеты «Призыв» вручу – здорово наши журналисты мне помогают!

После крестного хода обращает внимание на недавнее обретение – икону «Покрова Божией Матушки», изображённой на мраморной плите. Работа местных мастеров-умельцев, верующих преподавателей из Бутурлиновского художественно-графического училища.

Как пришла мысль возродить храм?

- А она со мною постоянно была – с самого детства. Хоть и парторгом был, но Бога в душе всегда держал. Я в семье четырнадцатый. Дед Арсентий Гладыш, отец мамы, пел в церковном хоре. Мама, Ольга Арсентьевна, и отец, Ефим Семёнович, жизнь без Бога и не представляли. Отец родился в 1886 году, прошёл две войны. Считал, что в живых остался только по молитвам своей мамы и своей вере в Господа…

В этот мир я пришёл, чтобы сразу умереть. Родился 1 января 1939 года. Врачи заявили – жить не будет. Говорят, что я почти не дышал, когда меня бабушка в лютый мороз принесла в церковь соседнего села. Батюшка покрестил меня – сразу началось моё выздоровление. Далее у меня столько в жизни бывало, что, казалось, нет выхода, но всё складывалось благополучно… Нищету пережили, голод. Меня объездчик плетью по спине охаживал, захватив с колосками, которые собирал на брошенном поле. Злым, нехорошим был тот человек – из-за него многие попали «под статью», сидели в лагерях да тюрьмах. Хлещет он меня, а я об одном Бога молю, чтобы он не передал на маму «дело» в суд. Ведь как всегда оборачивались обстоятельства: попадались на «воровстве» во время послевоенной голодухи дети, но всю вину на себя брали матери – они и отвечали по всем строгостям закона. Видно, сжалился объездчик над нашим бедственным положением – поркой и закончилось моё наказание за «преступление перед государством».

Господь всегда ношу даёт по силам – ты только не забывай Его, благодари. Вот, когда мне выпало хозяйством руководить, знал – ничего не получится, если в селе не начнём жить по православному, по Божески. От того, как мы слушаем и исполняем слово Божие, складывается наша жизнь. Есть Евангелие, молитвы, книги святых отцов – будто бы, все знают. Люди нынче грамотные, учёные. Да только нет у нас, грамотных да учёных, той веры, которой жили жившие до нас. Поэтому всем нам нужна Церковь, которая и воспитывает, и ум просветляет, и не даёт сбиться с правильного пути.

Поехал за советом-поддержкой в Белгород, к своему другу-однокласснику Юрию Алексеевичу Селиванову – он там завод железобетонных изделий возглавляет. Я к нему не только, как к другу детства, но как верующий к верующему приехал. Посмотрел – и диву дался! Белгородчина – будто друга страна. Совсем всё не так, как у нас – вера в Господа поставлена во главу угла всех дел. Не «перестройке» и партиям служат – Господу, Его страшатся, заповеданной Им любовью живут. Мой друг лично принял участие в строительстве более двадцати храмов. А какие там учебные пособия для школьников издают! Как ребятишкам в детских садах православие преподносят! Нам у белгородцев этому благородному делу по спасению молодёжи и всей России учиться и учиться надо.

Вот, я и подумал: а чем же мы хуже? Интересно, но мы площадку под нынешний храм несколько лет назад начали расчищать именно на Введение, 4 декабря. Так Господь управил – мы и не думали приступать к работам в этот день. Просто к этому сроку и людей смогли собрать, и технику подготовить.

…Праздничное застолье нам устроила добродушная и гостеприимная Таисия Фёдоровна, супруга Василия Ефимовича. Грибы, изумительно приготовленный картофель, разнообразные салаты, но слаще мёда – беседа:

- Да всё у нас хорошо! Ты, Василий, не переживай – в нашем хозяйстве ещё и коровки будут. Обязательно заводить надо. Без коровы жить и работать на земле – пустое дело. Когда нас этой «перестройкой» ломать стали, я, зоотехник по образованию, сразу не у дел оказалась. Проводили всех на пенсию, кто не понимал, что всё старое в хозяйствовании на земле надо ломать. А нам с мужем надо на ноги детей ставить, внуков – впряглись мы с ним по-настоящему! Три коровы держали, бычков выкармливали, свиней, пасеку завели…
Домик наш старый. Поднасобирали деньжонок, кирпич купили – муж своими руками около трёх лет свободные минуты выкраивал и дом кирпичом обкладывал. Дети с внуками съедутся – тесновато стало. Мы и решили совместными усилиями вместо чердака второй этаж соорудит, мансарду летнюю сделать… И как пошли на нас писать – комиссия за комиссией, проверка за проверкой… Мол, воруем у народа, за чужой счёт наживаемся… Уж больно многим не нравилось, что Ефимович стал дела в колхозе налаживать. Я и говорю: «Вася, остановись, не разжигай беснующихся… Нам с тобою всего хватает. Вспомни, сколько вас в одной избе жило? А у нас же не изба с тобою, а настоящие хоромы! Да так путём и не сделали второй этаж… не вовремя вы приехали – весной бы надо. Тут знаете, какая красота! А напротив какой парк! Это же мы с Ефимовичем, чтобы душу свою успокоить и людей привлечь к хорошему делу организовали посадку деревьев, изгородь сделали… Да разве это тяжёлое время, если у нас в селе и церковь строится, и парк появился?

Я над мужем иногда подтруниваю… Знаете, какой он у меня барин – ни за что вчерашний борщ или суп есть не станет. Всё ему с огня подавай, свежее… Потом уж я поняла, откуда такое «барство». У него же организм с детства к томлёному да выдержанному не привык – они же всё огромной оравой огромными чугунами всё так быстро уметали, что те чугуны из печи до стола не успевали донести.

Видно, за нас с мужем кто-то молится. Думаю, что молится за нас и Матронушка Московская. Когда я была маленькой, жили в Истре, под Москвой. С мамой и старшей сестрой ездили в Москву, чтобы повидать старицу Матрону, молитв её попросить, узнать, как жить дальше да что от завтрашнего дня ждать? Я-то почти ничего не помню, а старшая сестра многое о Матроне рассказывала – она в Москве ходила из дома в дом, знала, когда за ней придёт милиция. И она из этого дома уходила, переходила в другой - у разных людей спасалась, тем, наверное, и людей, которые её привечали, спасала…

Сюда после окончания техникума приехала на время – отработать «распределение». Встретила Василия Ефимовича и оказалось, что это очень и очень серьёзно. Хороший он человек, замечательный – мы с ним по духу одинаковые. Оба – верующие. Да и все люди здесь замечательные – иначе бы не подняли хозяйство. В следующую весну наметили святой источник благоустроить, который неподалёку – к нему за целительной водой верующие стекались со всех окрестных сёл… Из него и других источников начало река Осередь берёт.

… Таисия Фёдоровна за труд имеет орден Знак Почёта, была делегатом Всесоюзного съезда колхозников, на котором беседовала с Брежневым. Остались о том времени свидетельства – фотографии. Сожалеет, что в век наисовременнейшей техники никому не удалось сделать, возможно, самую главную фотографию жизни:
- Как-то особенно и не радует, что довелось встречаться с Брежневым – всё-таки чего-то главного не хватало в той жизни, иначе так запросто не отдали бы власть, не допустили бы страну до разорения… Никакая власть и никакое государство не устоят без Бога…

Этой весной будний день был и никого из молодёжи с мобильными телефонами да цифровыми аппаратами в селе было. Произошло у нас самое настоящее чудо, свидетельством которому многие. Вот, даже наш сосед Иван Прокопенко с женой могут рассказать… Разразилась гроза. И вдруг при каждом ударе молнии над куполом строящегося храма образуется свечение, в котором затем появляется образ Божией Матушки. И так несколько раз: удар молнии – и над церковью в святящемся облаке Божья Матушка! Знамение. Дано это нам для укрепления в вере…

(Подобное явление прошлым летом было в Ельце. Там во время вечерней грозы многие были свидетелями, как удары молнии на чёрном небе высвечивали образ распятого Христа. В разных точках города некоторым жителям Ельца удалось сфотографировать это необъяснимое знамение. Эти фотографии ходили и ходят среди верующих по всей стране. – Э.Е.)

Ароматен мёд с духовитым чаем. Хозяева сокрушаются, что мало его у них. Таисия Фёдоровна:

- Василий пчеловодством почти бросил заниматься. Правда, через этих пчёл я и узнала, какую ещё он ношу несёт в свои семьдесят один. Обычно, когда уходит, предупреждает: вылетит рой – сразу же звони мне. Я-то сама уже не при том здоровье, чтобы не допустить улёта пчелиного роя – он же то, на дерево высокое сядет, то на крышу…
Однажды вылетел рой, звоню Ефимычу, а он в сердцах: да пусть он летит себе куда хочет! Я удивилась такой рекомендации и спрашиваю: «Ты где?» А он: «Да не мешай ты мне со своими пчёлами – в суде! В суде я!» Оказывается, в Воронеже он и, действительно, в суде. Судится вот уже второй год. На него в суд подали за… «захват чужой земли».
… Василий Ефимович поясняет. От людей потребовали, чтобы они узаконили свои паи, получили «зелёнку». А это оказалось делом не простым – надо собирать массу справок, вызывать специалистов по определению границ твоего пая и за всяким чохом ездить в Бутурлиновку. А там всюду толчея, неразбериха… И вдруг объявляются два юриста с бумагами, удостоверяющими, что они уполномочены оказывать содействие в оформлении паёв в собственность. И никаких тебе поездок, никаких нервотрёпок – всё делается махом за весьма умеренную плату. Сам будешь заниматься – больше на дорогу потратишься.
За два дня шестьсот человек подписали договор – мол, доверяем этим двум благодетелям вести все юридические операции по оформлению нашей земли. «Благодетели» вскоре пропали, но зато в момент уборочной на поля явились вооружённые ребята и заявили – урожай наш, поскольку вырос он на нашей земле. И в доказательство документ – 1200 гектаров оформлено на некую фирму. Сам народ, владелец паёв, того возжелал и решил свою землю передать новому хозяину. Люди возмущаются: «Да не было у нас такого желания! Какими же надо быть ненормальными, чтобы уходить от Романцова, у которого и зарплата приличная, и за сданный в аренду пай получаем прилично…» Но в судах: «Подпись ваша? Ваша. Надо было внимательно читать договор, в котором чётко (но мелко – Э.Е.) черным по белому написано, что обладателям доверенности владелец пая разрешает со своей землёй производить любые операции… Все операции и произведены согласно имеющегося двустороннего договора».

Да, подписывали не читая, полностью доверившись обаятельным и интеллигентным проходимцам. Но откуда взялись протоколы собраний, которых никогда не проводились? Не только поддельные подписи, но неопровержимое свидетельство того, что все эти «документы» фабриковали люди, совершенно не располагавшие достоверной информацией о том, кто и где из якобы выступавших на собрании проживает – в списки попали фамилии тех, кто проживает не в Великоархангельском, а в соседних сёлах. Приводятся пространные выступления некоторых паевладельцев, которые якобы с картой в руках показывали собравшимся, где граница их земли, которую они уступают на вечное пользование новому хозяину. Достаточно провести простой следственный эксперимент и спросить у любого из обманутых, знает ли он, в каком месте ему нарезан пай? Никто не знает. Но, тем не менее, в течение двух лет суды заканчиваются в пользу обманщиков и захватчиков.

Романцов прошёл все инстанции власти – от районной, до областной. Писал правительству и Президенту. Отовсюду ответы: в правовом государстве не имеем право вмешиваться в деятельность судов. Поскольку суды у нас самые справедливые и независимые, ждите – справедливость должна восторжествовать. Эмоции, возмущение по поводу того, что у кого-то отсутствие совести к рассмотрению не принимаются – это к делу не пришьёшь.

Подобными судами заполонена вся Россия. Неприкосновенность и несменяемость судей, которые по чьему-то разумению должны быть справедливыми и неподкупными лишь только потому, что они щедро от государства получают баснословно несоизмеримые зарплаты с зарплатами тех, которых они должны защищать от бесправия, насилия, унижения.
Не только судьи, но и следователи, адвокаты, члены правительства и сам Президент ныне посещают церковь. Но где же тогда служение Господу? Где наши общие результаты божеского отношения друг к другу? К Господу не тот ближе, кто при власти и огромных деньгах, которыми можно всё купить и ото всего откупиться. Есть Божий суд, который ни коим образом не согласуется с земным судом «по понятиям» (а наши законы зачастую таковы, что они писались теми, кто с тюремных нар ныне плавно перешёл во власть – там нет ориентиров на то, что есть ещё люди с совестью, свидетельство того, что в них живо Божеское начало. Живущие и страдающие вопиют о немедленной судебной реформе, реформе в духе Плевако, Кони, реформе, которую следует производить в согласии с нашей Патриархией, наследующей тысячелетний опыт спасения человека).

Несколько лет назад по центральным газетам прошла информация о том, что в одном из городов банда, собираясь на свершение грабежей, убийств, приходила в церковь, заказывала молебны на успех предстоящего дела… Уж не похожи ли в какой-то мере на этих сатанистов многие из отвечающих за нашу с вами безопасность, за безопасность государства? Стоим со свечками в руках, выстаиваем службы рядом с владыками и иными иерархами нашей Церкви, а что творим, чему потворствуем? О каком торжестве православия может идти речь, когда хлещет через край безнравственностью, хамской разнузданностью телевидение, коррупция, мздоимство, губительные «реформы» вооружённых сил, системы образования, медицины, русского языка, культуры речи?.. Героями стали распутно проводящие жизнь актёры, их друзья и покровители - дикие в своём бескультурии бизнесмены. Оглянитесь вкруг себя. Посмотрите на богатых и властвующих - станет страшно. Страшно за них самих и их родных, близких. Не позавидуешь – беда на беде, трагедия за трагедией. Тяжкие расплаты за попрание законов нравственности – невольно устрашишься. Нет счастья в их семьях, жестоко за всё расплачиваются дети, внуки. Суд постоянно вершится, но мало кто желает его признавать. Не буду приводить примеры – они рядом, они на слуху с именами довольно известных лиц, блистающих в политике, бизнесе, общественной деятельности и, как им мстится, вершащих судьбы и вращающих колесо истории.. Россия уже проходила испытание властью, обретённой неверами после семнадцатого года. Поинтересуйтесь судьбами тех, кто рушил церкви, сбрасывал колокола, расстреливал священников и соотечественников, крепко стоявших в вере. Не то, что счастливых – более менее благополучных среди них нет. Как жестокой карой были преследуемы болезнями, забвением родных и близких, муками по причине изломанных судеб своих детей…

Таскают честного бессребреника Романцова по судам, невзирая на его почтенный возраст, безупречную репутацию. И долго ещё будут таскать, потому что на их стороне принятые во благо лукавых законы, а на стороне испытуемого – совесть и истинное упование на Бога. На одном из заседаний судья бросила фразу: «Да ваши колхозники должны спасибо сказать новым хозяевам за то, что они наводят в вашем селе порядок, избавляются от пьяниц и алкашей…» И это говорится не просто непьющему человеку, но и сумевшему в своём хозяйстве добиться того, что позором считается для многих показаться на селе выпившим.

На очередное заседание суда Василий Ефимович повезёт почётную грамоту, полученную недавно от министерства сельского хозяйства – «… награждается за многолетний добросовестный труд в системе агропромышленного комплекса и в связи с профессиональным праздником – Днём работника сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности». И диплом «За доброту и милосердие» от губернатора Воронежской области – «…за активную общественную работу, благотворительную деятельность, социальную поддержку малообеспеченных слоёв населения Воронежской области».

Хотя при чём здесь грамоты, дипломы и всеобщее признание честности и порядочности, если укравшие 1200 гектаров земли и обманувшие 600 крестьян, первыми на обманутых и обкраденных закричали – «Держи вора!»

© Copyright 2005-2019. Полное или частичное копирование материалов запрещено, при согласованном копировании активная ссылка на ресурс обязательна.

^ Наверх